В романе «Двенадцать стульев» то и дело попадается непонятное слово «концессия». Концессионерами были Ипполит Матвеевич и Остап Бендер. Термин, означающий передачу собственности под обязательство вложить деньги в ее развитие, надолго забыли, но недавно он вновь вошел в моду как вариант государственно-частного партнерства. О ГЧП часто говорит премьер — только что в связи со строительством Богучанской ГЭС на Ангаре. Государственно-частное партнерство (Public Private Partnerships) возникло на заре капитализма — вдова знаменитого концессионера фон Мекка содержала Чайковского. ГЧП (РРР) развивается в 60 странах, именно так в 1970-х годах поднялась Корея, нынешний лидер — Англия.
Рост интереса к ГЧП объясняется вниманием к областям, ответственность за которые несет государство: жилье, здравоохранение, энергетика, транспорт, сельское хозяйство. Чтобы сократить дефицит бюджета, приходится брать в союзники частный бизнес, создавать концессии.
Киса и Ося, когда потрошили стулья, не слишком доверяли друг другу. «Ипполит Матвеевич понял, какие железные лапы схватили его за горло» — и отмахнулся бритвой. Несмотря на увещевания премьера и недавно принятый закон «О концессионных соглашениях», государство и бизнес не спешат заключить друг друга в братские объятия. По соцопросам две самые нелюбимые населением группы — чиновники и олигархи. Олигархи недра обчистили — чиновники жизни не дают, взятками душат. Но без их союза пути вперед не видно. Не будет ни инвестиций, ни инноваций, уйдут в омут реформы и национальные проекты.
Глава «Аэрофлота» Валерий Окулов сетует, что скоро россиянам летать не на чем будет. Наш авиапарк на грани выработки ресурса, скоро на списание пойдет, новых и надежных российских самолетов нет, новые иностранные разобраны на много лет вперед. Проблема стала очевидной давно. И лет пять назад президент РФ говорил о спасении российского авиапрома — в результате с нуля возникла компания «Ильюшин Финанс», попыталась выстроить производство под потребности рынка. Менеджеры думали не о привычных откатах, а о прибыли — государственные авиазаводы вышли из смертельного пике, появились экспортные заказы. Но в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань — летом, как раз накануне Московского авиасалона на смех всему миру началась война концессионеров. Государство стало скупать и арестовывать частные активы, посадило Илы на земной прикол. Бритвой по горлу, сокровищ нет, задание президента сорвано.
Еще один масштабный пример государственно-частного партнерства — Богучанская ГЭС, проект которой взволновал премьера во время поездки по Сибири и обсуждался на последних заседаниях правительства. Проект возник при Сталине, был принят при Брежневе, запуск планировался при Горбачеве, при Ельцине стройку заморозили. Теперь государство, РАО «ЕЭС России» и «Русал» взялись за достройку к 2010 году готовой наполовину гидроэлектростанции, мощность которой в 1,5 раза выше запущенной недавно Бурейской ГЭС. Строительство оценивается в 1,5 млрд долл., алюминиевого завода — еще 2 млрд долл. На кону освоение огромных запасов региона — золото, нефть, газ, металлы. Но инвестиционный риск огромный. Потянут ли воз конь и трепетная лань? Конечно, поступь и упряжь у Чубайса и Дерипаски иные, чем у осевших на земле авиастроителей, но все равно результат пока неведом.
В XIX веке все железные дороги в России были построены концессиями. Есть множество важнейших проектов, которые неосуществимы без ГЧП, — премьер днями говорил о нанотехнологиях, где мировой рынок через 3 года достигнет 1 трлн долл. Но единственный состоявшийся проект ГЧП — возведение храма Христа Спасителя на добровольно-принудительные пожертвования. Сегодня бизнес и государство дружат, как волк и колбаса. Чиновник считает, что предприниматель должен вкладывать деньги туда, куда ему укажут. Надо сначала «разоружиться перед партией», потом объясняться. На презрение предприниматель отвечает недоверием — кому по душе, когда правила меняются часто и внезапно.
Концессионеры Киса и Ося пугали друг друга: «У меня есть все основания считать, что я и один справлюсь со своим делом» — и удачу проворонили. Если государство и бизнес думают пусть даже не об обществе, а о своей пользе, глупо спорить, кто командует парадом, но надо сделать так, чтобы лед наконец тронулся.
